В целом теории «исламской экономики», получившие распространение в современном Иране, пропагандируют идею создания независимой экономической системы, опирающейся на собственно иранские природные и людские ресурсы. Подчеркивается необходимость установления более тесных хозяйственных связей в первую очередь с «мусульманским миром», а также с другими развивающимися странами. Большинством шиитских идеологов «исламская экономика» Ирана рассматривается как составная часть общемусульманской экономической системы, охватывающей область традиционного распространения ислама, которая, по словам А. Банисадра, простирается «от Индии до Китая и Севера Африки». На эту систему возлагается задача противостоять экспансии Запада (под которым понимаются не только капиталистические, но и социалистические государства) и создать необходимые условия для обеспечения устойчивых темпов развития «мусульманского мира».

Рассматривая вопросы организации «исламской экономики» Ирана, шиитские теоретики большое внимание уделяют вопросам собственности, наследования, торговли, налогообложения, распределения и т. п. При этом они исходят из идеалистического положения о преобладающем влиянии на развитие общества религиозно-этического фактора и утверждают, что экономика — это средство «сближения с Аллахом» и реализации религиозной (шиитской) морали, а ни в коем случае не «инструмент» удовлетворения постоянно растущих потребностей человека. Часто подчеркивается, что стремление к мирским благам, к комфорту, определяемое ими термином «материализм», ведет к духовному упадку и моральной деградации личности и общества.

В наибольшей степени недооценка материального фактора характерна для Р. Хомейни и его сторонников. Во имя торжества духа они даже выдвигали идею «блага» изоляционизма для Ирана, утверждая, что это дало бы иранцам возможность наиболее успешно совершенствовать свои моральные устои и развивать творческие способности, руководствуясь шиизмом. Правда, как свидетельствует иранская пресса, руководители ИРИ вскоре отказались от этой идеи и приступили к развитию экономических отношений со странами Запада .

К. Шариатмадари и М. Базарган в отличие от сторонников Р. Хомейни всегда придавали большое значение вопросу развития экономики и ее роли в общем прогрессе страны. Они рассматривали это развитие как основу общественно-политического прогресса Ирана и в своих работах призывали иранцев мобилизоват все силы и способности для подъема национального хозяйства. «Если кто-то, — говорил М. Базарган, цитируя пророка Мухам-меда, — закончил свой день и не подумал о благосостоянии всего общества и не приложил никаких усилий для этого, тот — не мусульманин». Экономическое развитие Ирана К. Шариатмадари и М. Базарган рассматривали в контексте общемировых хозяйственных связей. Они никогда не выступали сторонниками изоляции страны, считая необходимым установление экономических отношений со всеми государствами, и прежде всего с развитыми капиталистическими державами во главе с Соединенными Штатами Америки.

Иной точки зрения по вопросу о роли экономики придерживались А. Шариати и М. Талегани. С одной стороны, они считали «базисом» общества не производство, а «свободу». С другой—они подчеркивали важность материального фактора в общем прогрессе человека и общества. По словам А. Шариати, ислам уделяет первостепенное значение экономическим вопросам. Ссылаясь на Коран, он говорил: «У кого нет материальной жизни, у того нет и жизни духовной». Правда, такая «крамольная», с точки зрения религии, интерпретация Корана встречается не часто в работах этих идеологов. М. Талегани, например, разделявший во многом взгляды своего «дорогого сына» А. Шариати, не выходил за рамки допустимого исламом круга рассуждений о соотношении духа и материи, хотя часто и отмечал прямую зависимость духовного состояния человека от условий его материального бытия. Идеологи этой группы, как и К. Шариатмадари и М. Базарган, никогда не поддерживали изоляционистских идей сторонников Р. Хомейни. Напротив, они подчеркивали необходимость перенимать опыт эко

номического развития других стран, как капиталистических, так и социалистических.

Более рельефно различия между отдельными группами шиитских теоретиков наблюдаются при анализе их взглядов на вопросы собственности. В целом собственность понимается ими как имущество, а не как выражение производственных отношений в обществе. Можно, однако, встретить трактовку термина «мелкийат» («собственность», «владение», «право собственности») как отношение (рабэтэ ва таалог, рабэтэ ва олгэ): а) земли и всего, что на ней находится, к богу и б) земли, с ее природными богатствами, к «рабам бога». Из этого .делается два традиционных вывода: 1) все социальные процессы на земле «должны» соответствовать «законам бога» и 2) все люди имеют право «эксплуатировать» природные богатства в силу своих возможностей и пользоваться их благами.

Кроме частной «законной» для хомейнистов является государственная (доуляти) собственность и собственность общественная (омуми). Допускается существование и кооперативной собственности, которая, однако, рассматривается как якобы новая для Ирана разновидность, поскольку в исламе о ней ничего не говорится. «Законными» по исламу признаются признанные конституцией ИРИ три сектора экономики: частный, государственный и кооперативный.

Согласно конституции в государственный сектор включены основные отрасли современной иранской экономики: тяжелая индустрия, нефтехимия и т. п., финансы, внешняя торговля, энергетика и т. д.

Теории «исламской экономики», имеют много общего не только с точки зрения однотипности их религиозной формы и системы шиитской аргументации. Прежде всего, они представляют собой результат интеллектуальной деятельности религиозных идеологов, которых толкают к «поискам» так называемого третьего, «исламского», пути развития разочарование в капиталистическом опыте развития Ирана, с одной стороны, неверие в социализм и принципиальное неприятие атеистического мировоззрения — с другой.

В современном Иране фактически реализуется буржуазный вариант «исламской экономики». Иначе и не могло быть, поскольку в условиях господствующего капиталистического способа производства единственный путь для находящегося у власти духовенства — приспособление к потребностям развития ведущего хозяйственного уклада, так как действительно альтернативного варианта развития (социалистического) они предложить не в состоянии.

Ислам, таким образом, продолжает объективно оставаться на службе имущих слоев и обслуживает в конечном счете интересы буржуазии.

Создатели радикальных концепций, А. Шариати и М. Талегани при всей их мелкобуржуазной ограниченности всегда более решительно, чем другие шиитские теоретики, ратовали за ликвидацию эксплуатации человека человеком и порой даже связывали решение этой проблемы с уничтожением частной собственности на средства производства.

Однако радикалы, выступающие под знаменем ислама в защиту интересов трудящихся масс, смогут принять участие в решении задачи подлинно социально-демократических преобразований общества только в случае объединения с левыми силами и преодоления иллюзий о возможности так называемого третьего, или исламского, пути развития.